Разумеется, я обманывал Джорджи относительно природы русский дом своего брака. Какой женатый мужчина не прикидывается несчастным перед любовницей? Если бы не то обстоятельство, что наш брак остался опись бездетным, он был бы идеальным. Просто я стремился закрепить за собой Джорджи — и не видел к тому препятствий. В переднее положение затворная рама с затвором возвращается под действием возвратного механизма; при этом затвор досылает очередной патрон из магазина в патронник и закрывает канал ствола. Как уже было Сказано, приличия для меня — не пустой звук. Но это не мешало мне проявлять холодный реализм в вопросах супружеской измены. Хотя я венчался с Антонией в церкви (потому, что так принято в обществе) и относился к брачным узам с известным пиететом, я отнюдь не считал их священными. Здесь будет уместно добавить, что я человек неверующий. Грубо говоря, я не могу представить себе всемогущее существо, у которого хватило жестокости сотворить такой мир.
Похоже, я увлекся самоанализом, но это и неплохо — обрисовать главное действующее лицо, прежде чем его захлестнет череда событий, которые не дадут опомниться.
При старании с полным доверием, словно маленький ребенок, она отдавалась его ласкам. С бесконечным терпением, нежностью и искусством он доводил ее до полной готовности.
понедельник, 2 июля 2012 г.
При старании с полным доверием.
понедельник, 15 августа 2011 г.
Всепоэма.
Новый период начался после 1917 года и в творчестве другого замечательного писателя Армении — Егише Чаренца (1897—1937), который вправе был бы сказать, подобно Маяковскому: «Моя революция». В 1918 году Чаренц вступил в Коммунистическую партию, с оружием в руках сражался на фронтах гражданской войны. Написанные им после революции лирические стихотворения и поэмы свидетельствовали об освобождении поэта от мешавших ему прежде символистских влияний, о приобщении к новому. В поэмах «Неистовые толпы».
«Всем, всем, всем» (1921), «Всепоэма» (1922) впервые в армянской советской литературе характер народа раскрывался в связи с историческими событиями, а любовь к Родине и народу сливалась с любовью к революции.
Радостным предчувствием революции была наполнена первая книга стихов украинского поэта Павло Тычины (1891— 1967) «Солнечные кларнеты», вышедшая в 1918 году. Именно революционная действительность нашла отражение в его произведениях. Поэзия Тычины пронизана философским взглядом на мир, ей присуща действенность утверждения передовых идеалов эпохи, эмоциональная сокровенность, музыкальность сти¬ха. Уже в 20-е годы Тычина по праву находился в ряду виднейших представителей мировой поэзии XX века (сборники стихов «Плуг», 1920; «Ветер с Украины», 1924).
Общее направление развития национальных литератур было единым. Писатели разных поколений и разных творческих биографий, вдохновленные созидательной работой нового мира, стремились подчинить свое творчество задачам социализма. В центре внимания поэтов, прозаиков, драматургов оказались те грандиозные социально-экономические, бытовые, культурные преобразования, которые несла с собой Советская власть. Художественное творчество становилось открыто гражданственным, партийным.